Подвиг летчика Бориса Гомолко


Сталинградская битва - одно из самых масштабных и кровопролитных сражений Второй мировой войны. Двести дней и ночей напряжённых боёв. Пять разбитых армий противника. Только благодаря самоотверженности каждого солдата и офицера, их ежедневному героизму и стойкости стала возможна победа в Сталинградской битве. Один из бессмертных героев Сталинграда  лётчик Борис Гомолко.

Борис Мефодиевич Гомолко родился на Украине в 1922 году в городе Богодухов Харьковской области. После окончания седьмого класса Борис работал на Будянской фаянсовой фабрике. В начале 30-х годов все Харьковские газеты наперебой рассказывали об открытии первого Всеукраин-ского аэроклуба. Воздушный транспорт на заре становления советского государства мог стать неоценимым помощником в освоении огромных земельных пространств, в налаживании сообщений с удалёнными, труднодоступными регионами; без авиации невозможно было успешное развитие народного хозяйства, и конечно, военной отрасли. Агитационная работа велась по всей стране с присущим Советскому Союзу размахом. Новое поколение должно было вывести страну в лидеры и на земле, и в небе. Вероятно, именно тогда под влиянием призыва: «Комсомолец на самолет!» Борис и решил стать лётчиком. Занятия в Харьковском аэроклубе помогли ему при поступлении в Армавирскую военную авиационную школу летчиков.

21 июля 1942 года старший сержант Гомолко получает назначение в 520-й истребительный авиационный полк под командованием майора Чирвы Степана Никитовича Полк с мая, после убытия с Волховского фронта, базировался в посёлке Баланда Саратовской области, где проходило доукомплектование и переучивание лётного состава с истребителей ЛаГГ-3 на Як-1.5 сентября 1942 г. 520-й иап направляется под Сталинград, чтобы войти в недавно созданную 16-ю Воздушную Армию, которая в составе Сталинградского фронта должна была оборонять подступы к городу. Главная задача, поставленная Верховным Главнокомандующим, всеми силами удержать Сталинград и не допустить продвижения противника в сторону Камышина, не дать ему выйти к Волге. Для сопровождения полка из Саратовской области на аэродром Вих-лянцево прибыли два самолёта-ли-дера Пе-2 из третьей запасной авиационной бригады. Перелетали двумя группами: одну эскадрилью из десяти самолётов вёл майор С.Н. Чирва, вторую - штурман полка майор Д.И. Родин. Из 20 истребителей на аэродроме приземлилось 1 8: младший лейтенант Е.П. Гурочкин отстал из-за неисправности машины, а командир второй эскадрильи старший лейтенант Г.И. Кныш по причине острого приступа аппендицита пошёл на вынужденную посадку на аэродроме г. Энгельс.

В Вихлянцево полк вместе с 431-м иап и прибывшим 6 сентября 563-м иап вошёл в состав 283-й иад. Командир дивизии полковник В.А. Китаев отдал приказ в течение двух дней прикрывать парами Камышин. За это время воздушным транспортом подтягивался технический состав, а лётчики могли познакомиться с районом боевых действий и провести тре-
нировочные полёты. Седьмого сентября поступило указание перебазироваться на аэродром Алтухово, находившийся в 7 км от командного пункта 16-й ВА. Штаб командования на тот период располагался в центральной усадьбе совхоза «Сталинградский» (ныне посёлок Октябрьский Ольховского района Волгоградской области). День 8 сентября 1942 г. доподлинно сохранился в описаниях очевидцев и самих участников событий. В 11 час утра майор Чирва вылетел с первой группой самолётов. Доведя их до аэродрома, он без посадки ушёл за вторым подразделением. «В 11.45 при подходе к аэродрому, -вспоминал С.Н. Чирва (ЦАМО « История 56-го Гв. иап»), - я давал по радио лётному составу, какие имеются характерные признаки около нашей точки посадки, после чего перешёл но приём. Как только перешёл на приём, я услышал о приближении самолётов противника. Я невольно посмотрел вверх и увидел над собой группу бомбардировщиков, шедших нам навстречу. Они были на высоте 2000 - 2500 м, всего десять Хе-111. Моя группа находилась на высоте 800 м». Бомбардировщики шли бомбить важный железнодорожный узел и город Камышин.

В начале сентября 1942 года немецкие лётчики ещё чувствовали своё превосходство в воздухе, вели себя нагло и уверенно. Советским авиачастям не хватало самолётов, а молодым лётчикам боевого опыта. Пополнение из выпускников авиационных школ и училищ приходилось со всей осторожностью вводить в строй по ходу выполнения боевых задач. Отработка техники пилотирования, воздушный бой, групповая слётанность и штурманская подготовка - всё обучение происходило непосредственно на передовых аэродромах. «Необлетанных», несмотря на нехватку людей, командование старалось не выпускать на задание. Неожиданное столкновение с противником требовало молниеносного решения. В составе группы было только три опытных пилота: сам командир, штурман Д.И. Родин и зам. командира эскадрильи лейтенант И.А. Бондарев. Остальные лётчики не имели боевого опыта. Но, видя расстановку сил и полагаясь на своих ребят, майор подал команду «с правым разворотом с набором высоты» начать преследовать противника. Через пять минут, находясь на высоте 3000 метров, группа по команде начала атаку. Первый «Хейн-кель» сбил майор Чирва. Немецкие бомбардировщики не выдержали смелого натиска и, потеряв боевой порядок, разбрелись по одному.

Благодаря степной местности и чистому небу, когда вся округа хорошо просматривается на много километров, за воздушным боем следили все, включая командование 16-й ВА. Не дойдя до Камышина, противник повернул на юго-запад,* пытаясь спрятаться в разорванной облачности. Манёвр оказался не особо удачным. Сбитый старшим сержантом Гомолко Хе-111 рухнул на землю в районе села Таловка. Израсходовав в последующих атаках боеприпасы, Борис пошёл на таран. Винтом своего самолёта (заводской номер 4690) он отрубил хвостовое оперение второму бомбардировщику, упавшему в 5 - 6 км северо-западнее Таловки, после чего покинул неуправляемый истребитель. Немцы из протараненного самолёта тоже выпрыгнули, воспользовались парашютами. Но Борису удалось раньше приземлиться, отстегнуть парашют и взять их в плен.
кому лётчику не удалось.  Еще одна интересная деталь: Гвардии майор авиации А.А. Кака-дий в те годы старший сержант, служивший вместе с Гомолко во второй эскадрильи, уже после войны в своих воспоминаниях о боевом пути 283 иад запишет: «Самолёт, после того, как его покинул сержант Гомолко, не разбился, а тихо и плавно спланировал в степь. После посадки (эскадрильи) оказалась пустой стоянка пилота Б. М. Гомолко. А перед вечером видим такую картину: едет автомобиль ЗИС-5, хвостом к кабине, в его кузове, привязан самолет Як-1, а впереди машины идёт сержант Гомолко и ведет пленных немецких лётчиков».

В штабе авиаполка немцев допросили. Фронтовой корреспондент газеты «Красная звезда» Н.Н. Денисов в книге «1418 дней фронтового корреспондента»» вспоминает: «Мы присутствовали но допросе одного из этих лётчиков - лейтенанта. Эскадра, в которой он служил, понесло более чем триста процентов потерь - её состав за последнее время трижды обновлялся самолётами и экипажами. Из других пленных гитлеровцев запомнился обер-лейте-нонт... рыжий детина с мясистым лицом и бегающими водянистыми глазами. Он сказал: «Мы не думали, что русские будут так упорны».

И было чему удивляться! За 20 минут воздушного боя из 10 вражеских бомбардировщиков два сбил Гомолко, по одному майор С.Н. Чирва и майор Д.И. Родин, ещё один в паре сбили лейтенант Н.В. Харитонов с сержантом В.П. Вусиковым. Итого пять самолетов и несколько пленных летчиков. Наши истребители потерь не имели.Тем же вечером в полк приехали представители командования 16-й ВА. Отличившимся лётчикам вручали правительственные награды и, по воспоминаниям А. Какадия, именное огнестрельное оружие.

Старшему сержанту ко «за храбрость, стойкость, мужество и героизм», Приказом №247 от 10.09.1942 г. за подписью генерал-лейте-нанта авиации А.А Новикова присвоили внеочередное звание лейтенант. Сообщения о подвиге Гомолко появились в ряде печатных источников по всей стране, в том числе во фронтовой газете была напечатана баллада, описывающая как «разил смертельной строчкой молодой советский лётчик растерявшихся врагов». Через несколько дней приказом по войскам Сталинградского фронта №24/н от 13.09.1942 г. Гомолко был награжден орденом Ленина. Надо отметить, что командование полка и дивизии представляли Бориса к званию Героя Советского Союза, но командующий 16-й ВА генерал-майор П.С. Степанов в заключение написал представление к правительственной награде ордену Ленина. Скорее всего, такое решение объясняется тем, что право награждать орденом Ленина во время боевых действий было предоставлено военным советам, а позже и командирам дивизий. Для присвоения звания Героя Советского Союза требовалось решение Президиума Верховного Совета СССР, и до вручения награды мог пройти не один месяц, тогда как воздушная победа в небе над Алтухово и награждение Гомолко имели большое значение для всей 16-й ВА. По словам командира 520-го иап С.Н. Чирвы: «Это первая награда полка на Сталинградском фронте за первый бой подняло дух уверенности, стремления каждого подражать героическим поступком товарища, идя но любой риск, презирая смерть. Это легло в основу всей нашей боевой работы на Сталинградском фронте».

Подвиг молодого лётчика заставил поверить в свои силы других бойцов. «Дух победителей остался в сознании каждого пилота, он на опыте понял свою силу. Подтвердились и слова старших командиров: «Держись боевого порядка, не отрывайся, атакуй врага дерзко, нахально и дружно». Это воля к победе, сознание своей силы поддерживались системой партийно-политической работы и командирами всех степеней. Полные решимостью разгромить противника, летчики 520-го иап за первые десять дней боёв под Сталинградом сбили 21 вражеский самолёт, потеряв 3 своих.

После своего первого и столь удачного боя Борис Гомолко несколько дней провёл в лазарете, видимо, сказались последствия тарана. На службу он заступил уже в новой должности командира звена. Успешные боевые вылеты продолжались. Из донесения лейтенанта Н.В. Харитонова: «Самолет противника Me -109 21.09.42г. в 9.00 в районе 5 км юго-западнее Котлубань сбит летчиками 520-го иап лейтенантами Гомолко и Харитоновым». Спустя два дня 23 сентября в 11 часов 45 мин. в районе слияния рек Дон и Иловля Гомолко в группе с тремя лётчиками 512 иап в воздушном бою сбили -ещё один вражеский самолёт Хе-111.

В некоторых источниках происходит путаница с датой гибели Бориса Гомолко и его однофамильца Александра Гомолко, тоже лётчика, погибшего 12 июля 1943 года на Курской дуге. В действительности жизненный путь молодого лейтенанта оборвался под Сталинградом 24 сентября 1942 года. Выполняя боевое задание совместно с лётчиками 563 иап, Борис столкнулся с отрядом из двадцати немецких истребителей Me-109. В воздушном сражении Гомолко был тяжело ранен, но сумел посадить свой самолёт (заводской номер 2195) в степи в районе села Александрова К месту при* земления была послана машина, и летчика привезли в госпиталь ещё живым, но спасти его не удалось. Похоронили Бориса Гомолко в Ал-тухово у дома, где располагалась санитарная часть. По воспоминаниям сослуживцев на похороны приезжали родители Бориса, жившие в эвакуации в Свердловске.

В этом же бою погиб сержант Седнев Петр Корнеевич. Получил ранения лётчик Родин Семён Сергеевич, самолёт его был подбит и при вынужденной посадке скапотировал. После короткого лечения Родин внов воевал, но 9 октября погиб в воздушном бою. В 1975 году местный краевед Василий Дмитриевич Белоусов отыскал захоронения бойцов Сталинградской битвы. Белоусов переписывался и неоднократно встречался с лётчиками 520-го иап. Он много сделал для восстановления имён и памяти героев, ему удалось собрать уникальные сведения, составленные из рассказов непосредственных участников войны. Нашёл он и могилу Бориса Гомолко. От хутора Алтухово к тому времени почти ничего не осталось. Поиски осложнялись и тем, что в период войны в районе базировалось несколько аэродромов и более двадцати эвакогоспиталей. После раскопок останки лётчика вместе с другими бойцами были торжественно перезахоронены в братской могиле у памятника погибшим советским воинам в посёлке Октябрьский Ольховского района Волгоградской области.

Всего за период Сталинградской битвы 520-й иап потерял 22 лётчика; было проведено 125 воздушных боёв, сбито 95 фашистских самолётов и ещё 15 уничтожено на аэродромах. За отличное выполнение боевых заданий 520-й иап Приказом НКО СССР № 63 от 08.02.43г. был преобразован в Гвардейский и переименован в 56-й Алтуховский. Именно аэродром базирования в хуторе Алтухово дал почетное название полку Полевой аэродром отличался достаточно ровной взлётно-посадочной полосой и хорошим оснащением: имел укрытия для самолетов (капониры) - подковообразные земляные насыпи, предохраняющие от бомб и обстрелов противника, сухие оборудованные землянки, а также много вырытых окопов, траншей и щелей. Интересно, что во всей области для защиты лётных баз была создана система из 32 ложных аэродромов, куда упало в 10 раз больше бомб, чем на аэродромы действующие.